Морская почтаПутешествие затянулось. И когда морской Робинзон проплывал мимо Галапагосских островов, он вспомнил о старинном почтовом ящике, когда-то установленном здесь китобоями. Вот как описывает Колдуэлл этот ящик:  «Когда какое-нибудь судно возвращалось домой, оно обязательно забирало все письма, лежавшие в ящике на берегу Теперь вместо ящика там стоит пустая бочка. И в наши дни рыбачья лодка, плывущая на северо-восток, или какое-нибудь судно по пути с островов на материк забирает всю корреспонденцию и сдает ее на почту в Панаме или Сан-Диего. И. как ни странно, оставленные здесь письма — с марками или без марок — доходят до адресата… рано или поздно».


Долго плыл упрямый моряк от Галапагоса до Австралии, борясь с грозной стихией. И когда он прибыл на родину, оказалось, что письмо, опущенное в бочку, все же опередило его. Таков почтамт на Галапагосе — своеобразное почтовое ископаемое. дожившее до наших дней.
Почтамт в бочке? Это. наверное, что-нибудь очень древнее — решите вы. пробежав глазами название заметки. И отчасти, будете правы. Но только отчасти…
В 1897 году филателистический журнал «Всемирная почта» решил удивить читателей сообщением о необычном почтовом ящике, существовавшем в XVII веке «в непросвещенной Африке». Журнал напечатал отрывок из книги Адама Олеария «Путешествие на восток». То, что писал Олеарий. действительно выглядело забавной диковинкой. Оказывается, что на половине пути из Европы в Индию. у мыса Доброй Надежды (тогда еще не существовало Суэцкого канала), «голландцы имеют на ?пристани особое место и камень, в который они кладут письма, дабы проезжие другие голландцы были извещены об их пути и странствиях, откуда и куда они плыли и что с ними особенного приключилось».
Полвека прошло после появления этой заметки, два столетия минуло с тех пор как путешествовал Олеарий, но, оказывается, в 20-м веке встречались еще такого рода почтовые ящики.
В 1946 году некто Джон Колдуэлл отправился на маленькой яхте «Язычник» в смелое путешествие из Панамы в Австралию. Он не ставил себе целью удивить мир. Просто Колдуэлл очень любил свою жену, а другого способа добраться домой в этот первый послевоенный год у него не было.{jcomments on}